Газета 'Земля'
РЕДАКЦИЯ ПОДПИСКА РЕКЛАМА ВОПРОС-ОТВЕТ
Содержание номера
НОВОСТИ
    Совет недели
    Акцент недели
КОНКУРС
    Почтовый ящик в каждый дом
БУДЕМ ЗНАКОМЫ
    Наш Пал Палыч
БЕЗ РЕТУШИ
    Если власть народу не всласть
КАЛЕЙДОСКОП
    Подарки в глубинку
НУ И НУ
    Борьба с сосулькой
ДОБРОЕ ДЕЛО
    «…Только раз в году»
КРУПНЫМ ПЛАНОМ
    Лучшие из лучших
О ВАЖНОМ
    Всё плохо, но вы учитесь
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
    О старожилах села Кадая
ТелеМАНИЯ
    Карнавально-новогодне-ночные киноприключения
О ЛЮДЯХ ХОРОШИХ
    Год был полон тёплых встреч
КАК ЖИВЕШЬ, ГЛУБИНКА?
    Новая жизнь Бадинского Дома культуры
ВЫХОД В СВЕТ
    «Любовь и голуби» в Чите
НЕСКУЧНАЯ ЗАВАЛИНКА
    Литературная гостиная
    Вольная забайкальская поэзия
ЛЮДИ ЗЕМЛИ ЗАБАЙКАЛЬСКОЙ
    Секрет учителя Писаренко
О ЧЕМ НАМ ПИШУТ
    Кадровый вопрос
ПОТРЕБИТЕЛЬ
    Не заводится, хоть убей!
ФАЗЕНДА
    Посевной календарь на январь 2018 годва
Выпуск № 1 от 09.01.2018 г.
О старожилах села Кадая
Удивительно, но население села Кадая Чернышевского района так перемешано, что в нём практически не осталось старожилов, имевших местные корни своих семей в двести и более лет. Автор этих строк, попытавшийся найти их следы, пришёл к странному выводу: если в XIX веке сюда насильно отправляли людей, то в XX веке насильно отсюда выселяли.
    С того времени, как в Кадае были обнаружены полиметаллические руды, русское правительство стремилось направлять сюда для их освоения людей из разных мест России. Одной из таких категорий стали каторжники, попадавшие сюда за уголовные и политические преступления. Наиболее известными среди них были Николай Гаврилович Чернышевский и Михаил Илларионович Михайлов, польские ссыльные, гарибальдийцы1, русские народники. Большинство из них после отбывания наказания стремились покинуть неприветливое для них место. Но кое-кто пустил здесь корни, и для их детей Кадая стала малой родиной. Со временем здешним коренным населением стали считаться семьи Вяткиных, Ивачёвых, Истоминых, Катаевых, Кирпичниковых, Котельниковых, Маюровых, Морозовых, Полуэктовых, Поповых, Связовых, Старновских, Филипповых, Черняевых, Шульгиных и некоторых других фамилий.
    Живущая ныне в городе Качканар Свердловской области Тамара Фоминична Белова, урождённая Черняева, в составленном ею родословном древе назвала имя каторжанина Алексея Черняева, который прибыл в Кадаю ориентировочно в начале двадцатых годов XIX века с Черниговщины. За что он попал сюда, она не знает, но говорит, что, скорее, всего, ранее он был солдатского звания и уже в годах, так как с ним прибыла и его семья. В составе семьи был и трёхлетний Назар, который всю жизнь провёл в Кадае, занимался крестьянским трудом и похоронен здесь в 1880 году. Известно имя дьячка Маюрова, в доме которого отвели квартиру бывшему здесь на каторге Н.Г. Чернышевскому. Из каторжан вышли Лагуновы. Один из них, Илья Егорович, был мастеровым и образованным человеком. Владел несколькими ремёслами: плотник, столяр, слесарь. Он принимал участи в строительстве тюремной Покровской церкви. Был знаком с Н.Г. Чернышевским.
    Но известно и другое. Местное население к каторжанам, находившимся тут на горных работах, относилось безразлично. Особенно это касалось польских изгнанников и других лиц иностранного подданства. Например, во время похорон в 1865 году выходца из итальянского города Турин гарибальдийца Луиджи Кароли, когда мимо них проходила похоронная процессия, не удосужились снять шапки. Так же безразлично относились к установленным на могилах кадаинских узников памятникам.
    Немного позже ряд кадаинских семей, не связанных с работой на горных выработках, а занимавшихся сельскохозяйственным трудом, а именно Кирпичниковы, Лопатины, Морозовы, Поповы и Филипповы оказались переведёнными в казачье сословие. Мужчины призывного возраста этих фамилий как казаки Забайкальского казачьего войска принимали участие в Китайском походе 1900–1902 годов, русско-японской войне 1904–1905 годов и Второй Отечественной войне 1914–1918 годов, больше известной в советской истории как Первая мировая. Один из них – Попов Фёдор Куприянович. Он родился в Кадае в 1873 году. Служил рядовым казаком в 3-й сотне 2-го Читинского казачьего полка и в его составе побывал в Китае в начале XX века, а потом сражался с японцами. За бои 8–25 февраля 1905 года во время знаменитого Мукденского сражения награждён Знаком отличия военного ордена (с 1913 г. – солдатский Георгиевский крест) 4-й степени. Возможно, имел Георгиевский крест 4-й степени кто-то из кадаинских Морозовых, полученный, правда, на другой войне, в 1914 году. А казак того же полка Лопатин Иван Николаевич был тяжело ранен 16 июля 1915 года в бою у деревни Кобыльнице на территории Польши.
    Во Вторую Отечественную в армию призывали не только казаков. К примеру, из Кадаи солдатами стали два брата Черняевых, Фома Вениаминович (1881 г.) и Николай Вениаминович (1887 г.). Старший служил в 82-м пехотном полку 21-й Дагестанской дивизии. Войну встретил на Балканах, а уже летом 1914 года в Карпатах под Родопом попадает в плен. Трижды пытался бежать, но освобождён был только после войны, в октябре 1918 года.
    В первый этап Гражданской войны в Забайкалье, когда под руководством С.Г. Лазо был создан так называемый Даурский фронт, те, кто в нём участвовали, назывались красногвардейцами. Из кадаинцев там был Алексей Алексеевич Катаев, родившийся в 1887 году, но впоследствии он проживал в с. Покровка Быркинского (ныне Приаргунского) района. Был ещё один иногородний – Пётр Артемьевич Каминский, 1892 года рождения, уроженец г. Иркутска. Он, в отличие от Катаева, потом проживал в Кадае и работал фельдшером.
    С началом осени 1918 года в Восточном Забайкалье на целых два года установилась Белая государственность, к власти пришёл режим атамана Г.М. Семёнова. Как кадаинцы отреагировали на эти события? Четверо из них были мобилизованы в Белую армию, но в скором времени двое перешли на сторону красных партизан, а семеро сразу влились в ряды возникшего партизанского движения. По крайней мере, на это есть документальное подтверждение. Имеются и другие свидетельства об участии кадаинцев в партизанском движении. Например, разведчиком в партизанском отряде был уже названный Фома Вениаминович Черняев. Затем он был председателем сельского ревкома на руднике Кадая, а на пенсии возглавил Совет ветеранов Гражданской войны. Умер в 1966 году в пос. Курорт Дарасун Карымского района.
    Давайте вспомним поимённо этих людей. Вначале об участниках Белого движения.
    Ивачёв Иван Андреевич, 1894 года рождения. В советское время работал на лесоучастке в с. Кутомара Нерчинско-Заводского района конюхом. В 1937 году по политическим мотивам он был арестован и расстрелян. Жена Аксинья Клавдиевна (47), дети: Василий (21), Агафья (17), Андрей (7).
    Попов Георгий Фёдорович, 1901 года рождения. После Гражданской войны он продолжал проживать в Кадае и работал комендантом общежития на комбинате «Союзмышьяк». Также был расстрелян в 1937 году. Семьи у него не было
    Логунов Александр Александрович, 1899 года рождения. В ходе Гражданской войны он перешёл из Белой армии к партизанам. В мирное время проживал на прииске Казаково Балейского района, работал слесарем в механической мастерской. Расстрелян в 1938 году. Жена Феодосия Сергеевна, дети: Евгений (1931), Людмила (1931), Капитолина (1933).
    Попов Семён Иванович, 1899 года рождения. Из Белой армии в период её разгрома перешёл в Народно-революционную армию Дальневосточной республики, но это уже 1920–1922 годы. Потом вернулся домой и работал в Кадае в гидрологической партии. Арестован в марте 1932 года и осуждён на 10 лет лишения свободы. Наказание отбывал в Красноярском крае. Жена Лукерья Михайловна (33), дети: Елизавета (8), Мария (3).
    А теперь перечислим уроженцев Кадаи, сражавшихся в Гражданскую войну в партизанских отрядах. Объединяет их ещё и то, что жизнь у них в дальнейшем сложилась трагично. Пройдя с достоинством смутное время Гражданской войны, они не нашли себя в годы коллективизации сельского хозяйства. А сталинский режим того времени сурово расправлялся с теми, кто его не поддерживал.
    Полуэктов Александр Иванович, 1893 года рождения. В советское время он проживал в п. Запокровкий Быркинского района, работал на руднике, плотник. Был арестован в 1937 году. Жена Анна Александровна (44), дети: Анна (11), Пётр (9), Пелагея (3).
    Полуэктов Тимофей Ильич, 1902 года рождения. Потом жил в Кадае сам по себе, в колхоз не вступал. В  1931 году был приговорён к 3 годам лишения свободы условно. Был женат, имел двух детей.
    Полуэктов Фёдор Алексеевич, 1903 года рождения. Также был крестьянином-единоличником и в колхоз не вступал. В 1931 году был приговорён к пяти годам лишения свободы. Холост.
    Попов Яков Иванович, 1896 года рождения. А вот он вступил в организованный в Кадае колхоз «Красная заря». Но в 1933 году исключён из него и с семьёй был направлен на спецпоселение в Акмолинскую область, что в Казахстане. Жена Таисия Михайловна (1896), дети: Анна (1922), Николай (1923), Киприян (1926), Павел (1928).
    Расторгуев Леонтий Матвеевич, 1893 года рождения. Его в 1931 году с семьёй из Кадаи выселили в Красноярский край. Жена Александра Никитична (40), дети: Татьяна (18), Евдокия (11), Анна (9), Мария (6), Екатерина (4), Николай (1).
    Черняев Николай Руфович, 1895 года рождения. В советское время работал в Кадаинском сельском Совете, избирался его председателем. Член ВКП(б). Но в 1934 году был приговорён к десяти годам лишения свободы. Жена Евдокия Лаврентьевна (28), дети – 4 человека.
    Шульгин Прокопий Павлович, 1883 года рождения. В советское время работал в колхозе «Красная заря». Но в 1933 году был исключён из него и с семьёй был направлен на спецпоселение в Акмолинскую область. Жена Евдокия Григорьевна (1890), дети: Павел (1913, приговорён к 10 годам лишения свободы), Лидия (1917), Александра (1918), Александр (1921), Василий (1923), Екатерина (1927), Иван (1928).
    С событиями Гражданской войны в Кадае связаны и две упомянутые в воспоминаниях Т.Ф. Беловой истории с её родственниками. Она рассказывает, что в 1919 году в Кадае белыми был замучан, скорее всего, за своего сына-партизана, её дед Вениамин Назарович Черняев (1859–1919). Так, же по её словам, в Кадае была расстреляна семья Ильи Егоровича Лагунова, бывшего в Кадае старостой и уважаемым человеком, вместе с женой Анной и сыном Фёдором.
    А ещё она называет имя своей тёти Черняевой Анны Вениаминовны, 1889 года рождения, вышедшей замуж за белого офицера Аврамовича, серба по национальности. С ним она при отступлении белых в конце 1920 года эмигрировала в Маньчжурию, потом в Югославию и Канаду. А после смерти мужа, это уже было после Великой Отечественной войны, вернулась в СССР к сыну, который в войну сражался в рядах чешских партизан, и в преклонном возрасте умерла в г. Донецк.
    После завершения Гражданской войны, в период существования Дальневосточной республики (конец 1920 г. – конец 1922 г.), а затем с апреля 1923 года, то есть после окончательного восстановления на нашей территории законов Советской Республики, разорённая революционными событиями и дальнейшей братоубийственной войной жизнь местного населения стала налаживаться. В отличие от других cибирских территорий, здесь не было продразвёрстки и комитетов бедноты. Благодаря объявленной в 1922 году амнистии вернуться домой могли все желающие, которые в прошедшей войне в силу разных причин служили на противоборствующей стороне. Власть на местах осуществлялась с помощью ревкомов, во главе которых стояли бывшие красные партизаны. В  двадцатых годах местное население занималось в основном индивидуальным сельскохозяйственным трудом. В 1931 году стал формироваться колхоз «Красная заря». Кроме того, в Кадае было небольшое промышленное предприятие треста «Нерчиснкстрой» и функционировал горнодобывающий рудник.      Жизнь на селе стала меняться после объявления в стране первой советской пятилетки и свёртывания объявленной ещё В.И. Лениным новой экономической политики (НЭП). Первыми это почувствовали на себе те, кто занимался сельским хозяйством. Чем справнее они были, тем сильнее стали облагаться введёнными ужесточёнными налогами. Не осталось от этого в стороне и село Кадая, тогда относящееся к Нерчинско-Заводскому уезду, а потом – району. Это нововведение Советской власти в конце двадцатых годов было негативно воспринято частью сельского населения Забайкалья, а в начале тридцатых годов, когда повсеместно стали создаваться в уродливой форме коллективные хозяйства (одна из их крайних форм – коммуны-гиганты), местное население попыталось напомнить организаторам всего этого о своих правах, завоёванных в Гражданскую войну. В Восточном Забайкалье с 1929 по 1932 год было отмечено десять крупных вооружённых восстаний. А вот в сёлах Кадая и Явленка местное население пошло по другому пути. В Явленке сумели на собраниях вполне законным путём отказаться от выполнения навязываемых руководителями района обязательных контрольных цифр по различным сельскохозяйственным заготовкам, а в Кадае решили попросту бежать в русское Трёхречье, благо, оно находилось относительно недалеко от села – по другую сторону реки Аргунь, в Китае на первых порах это удавалось сделать.
    А потом начались репрессии. То, что в целом для страны называлось «1937-м годом», то есть пиком сталинских репрессий, по селу Кадая прокатилось в начале тридцатых. В 1931 году репрессии коснулись 22-х коренных местных семей, в 1932 году – шести, в 1933 году – 37, в 1934 году – одной. Конечно, были репрессии и в 1937 году, но из-за более ранних они казались уже менее значительными, хотя по виду наказаний были суровыми: в 1937 году они коснулись шести семей, в 1938 году – восьми.
    Что это были за репрессии, и чем они были вызваны?
    1931 год – это отголосок групповых уходов кадаинских жителей за рубеж, физическое устранение противников создания местного колхоза «Красная заря» вообще – борьба с «бывшими людьми». Репрессии вылились в выселение неугодных семей в Красноярский край и Иркутскую область. Среди них оказались три семьи Маюровых: Архипа Дмитриевича (1897 г.р.), Николая Александровича (1893 г.р.) и Акинфа (Андрея) Михайловича (1856 г.р.); семь семей Полуэктовых: Алексея Павловича (1868 г.р.), Афанасия Павловича (1885 г.р.), Григория Алексеевича (1907 г.р.), Ивана Павловича (1873 г.р.), Ивана Павловича (1875 г.р.), Петра Алексеевича (1880 г.р.) и Якова Петровича (1878 г.р.); семья Расторгуева Леонтия Матвеевича (1893 г.р.); семья Связова Клавдия Вонифатьевича (1882 г.р.); четыре семьи Старновских: Ивана Михайловича (1901 г.р.), Михаила Романовича (1868 г.р.), Михаила Романовича (1888 г.р.) и Фёдора Михайловича (1908 г.р.); семья Филиппова Павла Калистратовича (1976 г.р.). Глав этих семей тогда могли причислить к категории кулаков. Если говорить о количестве выселенных людей, включая жён, детей, невесток, детей, внуков, родителей, то их тогда было 102 человека. А это для одного села Кадая довольно много.
    В 1932 году арестовали учителя Павла Прокопьевича Шульгина, 1913 г.р. Год его держали в застенках ОГПУ и только в 1933 году приговорили к десяти годам лишения свободы, а его семью, в том числе и отца бывшего красного партизана Прокопия Павловича, направили на спецпоселение в Акмолинскую область.
    1933 год – тут причины другие. Кулаков к этому времени в Кадае не было. В селе уже более двух лет существовал колхоз «Красная заря». Но, как и в любом новом деле, не всё получалось так, как задумывалось. Поэтому искали новых врагов, которых тогда назвали «подкулачниками». Среди них были те, кто отказывался вступать в колхоз, но были и исключённые по разным причинам из колхоза. Кого отправляли в места не столь отдалённые, а кого попросту изгоняли с родной земли.
    Вот небольшие сведения о судьбе некоторых из тех, кто пострадал в 1933 году.
    Судьба членов семьи Леонтия Яковлевича Вяткина (1873 г.р.). Из его семьи дольше всех, до 1950 года, на спецпоселении в Бакчарском районе Томской области находилась его невестка Елена Александровна. Дети её были освобождены значительно раньше: Николай Иванович (1925 г.р.) – в 1941 году в связи с призывом в армию, дочь Анна (1927 г.р.) – в возрасте 16 лет. А вот другая его невестка, Аграфена Кирсантьевна (1912 г.р.), в 1935 года сумела вместе с племянницей Александрой (8 лет) бежать со спецпоселения. На следующий год к ней сумел присоединиться её муж Алексей Леонтьевич (1914 г.р.).
    Судьба членов семьи Полуэктова Луки Павловича (1876 г.р.). Семья находилась на спецпоселении в пос. Семёновском Акмолинской области. В мае 1942 года на фронт призвали сына Тимофея (1908 г.р.), а в июле того же года другого сына – Степана (1912 г.р.). Оба они сложили свои головы в тяжёлых боях, первый – в декабре, второй – в октябре того же года.
    Судьба членов семьи Попова Якова Ивановича (1896 г.р.). Младший его сын, Павел Яковлевич (1928 г.р.), в девяностые годы писал: «Отец мой умер на спецпоселении в Шортандинском районе Акмолинской области в 1935 году. Мама, Таисия Михайловна (1896 г.р.), осталась после спецпоселения жить в Казахстане, там и умерла в 1991 году. Я работал в колхозе до призыва в армию, с 1953 года живу в Астрахани».
    Члены семьи Связова Кирилла Вонифатьевича (1903 г.р.) после спецпоселения так и остались жить в Томской области. Там и реабилитированы.
    Судьба членов семьи Черняева Михаила Петровича (1882 г.р.). Семья была выселена в с. Болотовка Бакчарского района Томской области. Первыми с учёта спецпоселения были в 1940 году сняты его дети: Татьяна (1920 г.р.), Иван (1922 г.р.), Анастасия (1924 г.р.). На спецпоселении женился его сын Василий (1912 г.р.), и в его семье родилось трое ребятишек: Анна, Прокопий и Галина. Они тоже были поставлены на учёт спецкомендатуры и освобождены вместе с родителями только в 1942 году. Сам Михаил Петрович умер в 1945 году, а его жену Анну Ивановну со спецпоселения сняли только в 1950 году в возрасте 70 лет. Потомки этой семьи до сих пор проживают в Томской области.
    …
    А впереди была тяжёлая Великая Отечественная война. В 1970 году жители села Кадая установили памятник воинам-землякам, погибшим на ней. Но это – отдельный разговор.
    Сейчас просто отметим, что среди тех чья, память увековечена здесь, есть и имя Ефима Антоновича Попова, 1919 г.р., сына арестованного в 1938 году и умершего в августе 1942 года в Ураллаге Свердловской области Антона Куприяновича Попова. Этим примером хочется сказать, что его сын не озлобился на советскую власть, а в трудное для неё время грудью встал на её защиту. Рядовой 436-го артиллерийского полка Ефим Попов при освобождении Украины в бою получил осколочное ранение и умер 4 сентября 1943 года от ран в 198-м медсанбате.
    Старожилы села Кадая и потомки названных здесь фамилий! Вспомните о своих истоках. Помяните своих предков добрым словом. Ваша память войдёт в общую копилку истории знаменитого села Кадая.
    
    Геннадий Жеребцов, председатель Забайкальской региональной организации Российского общества историков-архивистов, г. Чита
    1Гарибальдийцы – добровольцы-дружинники, сражавшиеся в 40-х – 60-х годах XIX века под начальством Гарибальди за освобождение Италии от иноземного австрийского ига и за её национальное объединение.
3d
Яндекс цитирования